В воскресенье Лео решил приготовить завтрак. Не просто завтрак, а такой, чтобы Мия потом вспоминала его всю неделю.
Он поставил на стол вазочку с цветами, достал красивую тарелку и уверенно взялся за блинчики.
Первый блин прилип к сковороде. Второй сложился в треугольник. Третий почему-то напоминал карту неизвестного острова.
Когда на кухню заглянула Мия, Лео стоял перед тарелкой с видом человека, который проиграл важные переговоры.
— Это завтрак или археологические раскопки? — спросила она.
— Это авторская кухня. Каждое изделие существует в единственном экземпляре.
Мия засмеялась и потянулась за лопаткой.
— Давай помогу.
— Нет, — сказал Лео. — Я хотел сделать тебе сюрприз.
Она остановилась. В голосе не было обиды, только досада: он так старался, а получилось совсем не как в воображении.
— А сюрприз обязательно должен быть идеальным? — спросила Мия.
Лео посмотрел на подгоревший край очередного блина.
— Желательно хотя бы съедобным.
Они попробовали один. Потом другой. Съедобным оказался третий, тот самый остров. Мия торжественно объявила его новым материком и назвала Леоландией.
Через десять минут они уже готовили вместе. Лео наливал тесто, Мия переворачивала блинчики. Иногда получались ровные круги, иногда смешные облака. И никто больше не пытался спасти утро от несовершенства.
Когда завтрак наконец оказался на столе, цветы слегка наклонились, на скатерти осталось пятнышко варенья, а на тарелке лежала целая гора неровных блинчиков.
— Знаешь, — сказала Мия, — мне очень понравился твой сюрприз.
— Даже первая партия?
— Особенно она. Иначе мы бы не открыли Леоландию.
Лео улыбнулся. Он собирался подарить ей красивое утро, а получил кое-что лучше: утро, которое они сделали своим.
Иногда мы так стараемся устроить близким идеальный праздник, что забываем спросить, чего им хочется на самом деле. А им часто нужно совсем немного: чтобы мы были рядом, могли посмеяться над неудачей и не боялись попросить о помощи.
Любовь не требует безупречной сервировки. Иногда её самый узнаваемый вид — два человека на кухне, один переворачивает блинчик, другой ловит его тарелкой.
И оба счастливы, даже если блин снова приземлился не туда.